Рассказы о легендарной литературной студии, существующей в Петербурге несколько десятков лет, с остроумными примерами, раскрывающими приемы автора – основателя собственной «лейкинской школы», а также эссе о детском...
Рассказы о легендарной литературной студии, существующей в Петербурге несколько десятков лет, с остроумными примерами, раскрывающими приемы автора - основателя собственной "лейкинской школы", а также эссе о детском...
Всемирная история болезни (сборник)
О чем проза Олеси Мовсиной? На этот вопрос нет ответа. Правильный вопрос: чем эта проза становится? Всем чем угодно. Чем хочет, тем и становится. Фантасмогорией, гротескным детективом, сентиментальной любовной...
В своей книге, переведенной на несколько языков, Руди делится воспоминаниями о друге и выдающемся танцовщике Рудольфе Нурееве, родившемся и ставшим артистом балета в СССР, но в 1961 году скандально перебравшемся на...
В своей книге, переведенной на несколько языков, Руди делится воспоминаниями о друге и выдающемся танцовщике Рудольфе Нурееве, родившемся и ставшим артистом балета в СССР, но в 1961 году скандально перебравшемся на...
Главный герой романа, начинающий астрофизик, покидает Россию из-за установившейся там диктатуры. В Европе он обычный дворник, зато свободен. В порядке факультатива беглец продолжает занятия наукой, увлекается...
Высота взаимопонимания, или Любят круглые сутки
Помните рассказы Василия Шукшина, неоднократно инсценированные чуть ли не всеми театрами России? Его герои – современники, жители русской глубинки, чудаки, в жизни и поступках которых проявляется настоящая русская...
Выше крыши. Попурри на эзотерические темы
Издание 2001 года. Становясь поочередно то на сторону науки, то на позиции эзотерики, автор сопоставляют и обобщает данные, накопленные за многие века этими двумя антагонистами, сведенными в книге лицом к лицу. В...
…Итак, зарисовки на тему «Хочу пристроить задницу». Естественно, из жизни моих современников. Задницы – большие, маленькие, соблазнительные, плоские, круглые, симпатичные и вполне обычные, тренированные и нет, мужские...
«Питонов закрыл глаза и сидел так с минуту, отдыхая. А когда раскрыл их, то увидел новую посетительницу. Она была в длинных белых одеждах…»
Когда ему делалось не по себе, когда беспричинно накатывало отчаяние, он доставал большой конверт со старыми фотографиями, но одну, самую старую, вероятно, первую из запечатлевших его – с неровными краями, с...
Геростратова слава, или Занимательный бюрократизм
Книга рассказов «о времени ушедшем», о 60–70-х годах. Рассказы о жизни простых людей с обычными житейскими заботами и со своими «тараканами в головах». Однако герои рассказов своими поступками вызывают не только...
Фантастическая повесть «Главный инстинкт» задает парадоксальные и провокационные вопросы: завершена ли эволюция человека? Возможно ли идеальное общество без изменения природы человека? Обустроенный 22-й век, научная...
Горизонты возможного. Очерки аналитической метафизики
Цель данной книги — дать заинтересованному читателю общее представление о вопросах, находящихся в центре внимания современной теоретической метафизики. Даже среди образованной публики сегодня нередко можно...
Казалось бы, в жизни уверенного в себе и целеустремленного молодого человека, приехавшего из глубинки в столицу, все складывается совсем неплохо. Многое из желаемого у него уже есть, и кажется, что ничто не сможет...
Казалось бы, в жизни уверенного в себе и целеустремленного молодого человека, приехавшего из глубинки в столицу, все складывается совсем неплохо. Многое из желаемого у него уже есть, и кажется, что ничто не сможет...
Произведение в афоризмах содержанием и стилем продолжает направление философии жизни, начатое Фридрихом Ницше, исследуя самые разные вопросы и детали через увеличительное стекло безжалостной критики в попытке найти...
Давно, на Ленинской-Дворянской. Повесть
"Эта повесть, отсылающая к "Одному дню Ивана Денисовича" и во многом возражающая ему, - одно из самых сильных свидетельств о жизни послевоенной России, появившихся в последние годы. Перед нами замаскированный под...
В новой книге Бориса Горзева два романа – поменьше и побольше. В том, что поменьше (здесь первом), действие происходит во второй половине XX столетия на фоне реальных исторических событий, но речь там о любви. И в...
Оказаться в наше прозаичное время со сборником стихотворений в руках - уже довольно смелый и неожиданный поступок. Тем более неожиданный, если вы собрались его прочесть, а не поставить на полку. Тем более смелый, если...
